ФЭНДОМ


Лимитроф (от лат. limitrophus — пограничный), [1] пограничная область Римской империи, которая обязана была содержать стоящие на своей территории императорские войска. В значении «межцивилизационного пояса» это понятие было введено В. Цымбурским и используется российскими политологами для ссылок на малые независимые государства на пространстве бывшего СССР. [2]

Определения понятия «Лимитроф» в научных источниках Править

Словарь Mirriam-Webster определяет этимологию слова англ. limitrophe как французскую, которая восходит к поздне-латинскому limitrophus — «граничащий с», буквально, обеспечивающий проживание пограничных войск. Неправильно — от латинского limit — граница и греческого trophos (питание). Слово зарегистрировано с 1763 года. [3]

Словарь Д. Н. Ушакова определяет лимитрофов как государства, которые образовались после Октябрьской революции 1917 г. на окраинах бывшей Российской империи: Эстония, Литва, Латвия, Финляндия. [1]

Согласно «Толковому словарю иноязычных слов» доктора филологических наук Л. П. Крысина, это слово имеет два вышеуказанных значения. В период 1920—1930-х гг. такими государствами были, по версии этого словаря, Латвия, Литва, Эстония, Польша и Финляндия. [4]

Лимитрофы в качестве современного политического клише Править

Профессор МГИМО А. Д. Богатуров утверждает[5], что в современный политический жаргон слово ввёл российский политолог В. Л. Цымбурский, который определил его как

«стандартный геополитический термин для территорий по окраинам империи, опосредующих ее отношения с чужеродным миром и при этом часто имеющих двойственный, размытый статус». [6]

Слово применяется в качестве политического клише, когда хотят подчеркнуть несоизмеримость государственных образований[7]:

Россия и Прибалтика: компетентные ответы на исторические претензии лимитрофов

В странах Балтии, такое словоупотребление рассматривается как проявление шовинизма, ибо сравнивает Россию с Римской империей, а страны Балтии — с дикими территориями.[источник?]

В России ряд политиков и комментаторов используют термин для обозначения приграничных к России республик после распада СССР.[8] [9] [10] [7]

Следует отметить, что за пределами России слово употребляется исключительно[источник?] в контексте истории Римской империи.

Лимитрофы 1920-х гг. Править

Б.А.Кушнер, рассказывая о своём путешествии 1926 г. в книге «Сто три дня на Западе», которая вышла в 1928 г. и была переиздана в 1930 г., в главе 2. "Лимитроф" описывал Ригу и Латвию того периода:[11]

Лимитрофная страна — Латвия из промышленной русской окраины стала аграрным государством. Резко изменился социальный состав ее населения. Перед войной было сто пятьдесят тысяч одних промышленных рабочих, теперь едва-едва насчитывают сорок тысяч вместе с ремесленниками. Раньше городские жители составляли сорок процентов всего населения, теперь едва лишь двадцать пять процентов.

Изменения в демографии Кушнер объяснял тем, что промышленность была частично эвакуирована царским правительством, а частично - уничтожена в результате войны.[11]

Теория «Великого лимитрофа» Цымбурского Править

Кандидат филологических наук, старший научный сотрудник Института философии РАН В. Л. Цымбурский считает полосу приграничных к России лимитрофов соединенной в один «лимитроф-гигант, который, рассекая Евро-Азию, вычленяет Россию и придает ей черты своеобразного острова внутри континента».

Цымбурский утверждает, что «великий межцивилизационный пояс (лимитроф), который тянется от Прибалтики через Восточную Европу и, охватывая Кавказ, постсоветскую Центральную Азию и так называемую старую Тибето-Синьцзяно-Монгольскую Центральную Азию, заканчивается в Корее». При этом он исходит из того, что данный «пояс территорий-проливов дистанцирует Россию от силовых центров, сложившихся на платформах других цивилизаций». [12]

Идею Великого Лимитрофа c 1994 г. независимо развивает воронежский историк С. В. Хатунцев.

В. Л. Цымбурский считает важнейшей геополитической задачей обеспечить связи Дальнего Востока и Урало-Сибири с цивилизационным ядром России при помощи продуманной системы тарифов и демографической политики, сдерживающей пограничный прессинг Китая.

Нас вечно заботит какая-то ерунда, вроде того, останутся ли в формальном подданстве у страны, не ищущей ничего сверх завалящего выживания, Чечня и Дагестан. Тогда как думать надо об ином: о сохранении целостности нашей платформы, о повышении нашего авторитета на всем Великом Лимитрофе, о смещении хозяйственного центра на восток не в порядке колонизационного аврала, но в перспективе фундаментального изменения геополитического имиджа России. Не то страшно, что какие-то ребята в Поволжье грезят о «тюркской Евразии» — страшно, когда Дальний Восток и Урало-Сибирь теряют связи с Евророссией. Страшно, когда обширнейшая часть выпавшей из европейской геополитики страны наводняется европейским импортом, а Дальний Восток, отсекаемый от «метрополии» тарифами, превращается в китайскую товарную провинцию. Страшно читать о безработице в восточных регионах, то есть об избыточности (!) населения в краях, где его не хватает для смягчения внешнего прессинга и куда по нормальной демографической логике следовало бы всеми мыслимыми льготами канализировать беженцев, стекающихся в Россию. [6]

По мнению Цымбурского, существует опасность формирования из лимитрофов санитарного кордона с тенденцией превращения во враждебную России «санитарную империю», однако, основным геополитическим направлением на континенте для России он видит взаимодействие с регионами Азии. [13]

Конференция историков в Москве в декабре 2007 г Править

12 февраля 2007 г. в Москве состоялся круглый стол «Россия и Прибалтика: компетентные ответы на исторические претензии лимитрофов», по итогам которого рабочая группа историков подготовила сборник выступлений и документов. Группа приступила к исследованиям «белых пятен» в истории Прибалтики и отношения её с другими республиками СССР. Агенство REGNUM опубликовало итоговые рекомендации круглого стола, которые подготовили научный руководитель Центра истории войн и геополитики Института всеобщей истории РАН, доктор исторических наук Олег Ржешевский и президент «Фонда исторической перспективы», доктор исторических наук Наталья Нарочницкая. Историки призвали противодействовать политико-идеологическим спекуляциям на исторической почве в Прибалтике, бороться с «фальсификаторами истории и создателями негативного образа России за рубежом», в том числе и на государственном уровне, а также пересмотреть Постановления Съезда Народных депутатов СССР от 24 декабря 1989 года в части ситуации вокруг подписания Советско-германского договора о ненападении от 23 августа 1939 года и секретных протоколов к нему, поставить развенчивание исторических мифов на государственную и научную основы. [7]

В художественной литературе Править

См. также Править

Примечания Править

  1. 1,0 1,1 Толковый словарь русского языка Ушакова
  2. Громыко Ю.В. Оренбуржский полигон «Русский архипелаг»
  3. limitrophe — Definition from the Merriam-Webster Online Dictionary
  4. Л. П. Крысин Толковый словарь иноязычных слов Издательство: Эксмо, 2007 г., ISBN 978-5-699-16575-9
  5. Искушение Рейганом. Лимитрофы становятся значимым фактором в политике США на российском направлении 2006-05-22 / Алексей Демосфенович Богатуров. Независимая газета.
  6. 6,0 6,1 Россия в условиях геополитической нестабильности Выступления В. Л. Цымбурского и В. М. Межуева
  7. 7,0 7,1 7,2 Рекомендации российских историков: «Россия и Прибалтика: компетентные ответы на исторические претензии лимитрофов»
  8. А. П. Паршев — Почему Россия не Америка. гл. «Легко ли быть лимитрофом»
  9. Михаил Леонтьев: «Саммит в Вильнюсе — кукольный театр лимитроф»
  10. PROGNOSIS.RU / После СНГ / Постсоветское пространство: лимитрофы XXI века
  11. 11,0 11,1 Журнальный зал - Нева, 2008 №8 - Прихожая Европы.
  12. Вадим Цымбурский. Это твой последний геокультурный выбор, Россия?
  13. «И всякий остров спасся». Памяти Вадима Цымбурского. Егор Холмогоров, Русский обозреватель, 23 марта 2009.
  14. Двенадцать стульев (1956 г. изд. (и Петров Ильф) / Классика.ру — библиотека русской литературы