ФЭНДОМ


«Химия» — разговорное слово, существующее в публицистике и обыденной лексике; распространённое с середины 1960-х годов название принудительных работ. Журнал диссидентов СССР «Хроника текущий событий» определяет это слово как «стройки большой химии».[1] Официальное название — условно-досрочное освобождение (УДО), либо условное осуждение с обязательным привлечением к труду. После этапирования заключенного в спецкомендатуру, он был обязан жить в специальном общежитии и работать на определенном предприятии. На эти работы направлялись осужденные за незначительные преступления. В начале 1990-х годов этот вид наказаний в большинстве стран бывшего СССР был отменен. [2]

Упоминание «химии» в научной литературе Править

Профессор Н. Е. Аблесимов учебном пособии для ВУЗов «Синопсис химии: Справочно-учебное пособие по общей химии» (рецензенты — кафедра химии Хабаровского государственного педагогического университета; старший научный сотрудник Института материаловедения ХНЦ ДВО РАН, канд. хим. наук Лебухова Н. В.) в главе 11. «Отправить на „химию“» разъясняет это понятие со ссылкой на курс химизации народного хозяйства, принятый ЦК КПСС в 1963 году и популярный в то время лозунг: «Коммунизм — есть Советская власть плюс электрификация всей страны, плюс химизация народного хозяйства». Для работы на химических предприятиях, имеющих вредные условия производства, потребовалась рабочая сила — условно-досрочно освобожденные заключенные. По утверждению Аблесимова, народное творчество назвало это явление «химией». [3]

«Химия» в современной Белоруссии Править

Журнал «Огонёк» упоминает это явление, критикуя режим Александра Лукашенко в Белоруссии, который, по версии журнала, применяет эту форму наказания для преследования оппозиционеров. [4]

Геннадий Кришталевич в 2008 г. опубликовал воспоминания о своем отбывании химии в газете «Народная воля». После вынесения наказания в виде УДО осужденный обязан явиться в инспекцию по исполнению наказаний при местном РОВД, чтобы получить предписание, куда следует направиться на исправительные работы. После этого осужденный «химик» должен был направиться своим ходом и за свой счет в место отбывания наказаний. На месте назначения администрация учреждения открытого типа при местном РОВД ставила осуждённого на учёт, он сдавал паспорт коменданту, производилось снятие отпечатков пальцев и ознакомление под роспись с режимом содержания. Место проживания представляет собой или часть рабочего общежития с зарешеченными окнами и дверью с дежурным милиционером на входе. Заключенных выпускают на улицу по разрешению дежурного в выходные дни, запрещен алкоголь, что требует от постояльцев определенной сноровки при попытках им злоупотреблять. Самовольное нахождение «в бегах» без последующей посадки в тюрьму возможно до 10 дней. На химии работают оппозиционные политики. Кришталевич пишет: «Но это, как говорится, отдельный случай. Представьте, каково к ним отношение администрации, если такой „химик“ получает почту со всего мира от иностранных президентов и послов? К нему приезжают отечественные и зарубежные представители СМИ, чем вторгаются в размеренную жизнь „химии“». [5]

Предложения Министерства юстиции России в 2009 г Править

«Российская газета» — Федеральный выпуск № 4958 (134) от 23 июля 2009 г. опубликовала законопроект Министерства юстиции, который должен сократить число заключенных, находящихся под арестом, поскольку оно составило почти 900 тысяч человек. Для этой цели предлагается 45 статей Уголовного кодекса дополнить более гуманным наказанием — обязательными работами. [6]

«Российская газета» — Федеральный выпуск № 4981 (157) от 25 августа 2009 г. опубликовала материал, в котором начальник управления ФСИН России генерал-майор внутренней службы Федор Ручкин и начальник отдела этого управления подполковник внутренней службы Татьяна Никитина разъясняли читателям поправки в уголовный кодекс. Т. Никитина утверждала:

«Химия» была в советские времена. Тогда осужденных к таким работам направляли на стройки народного хозяйства, часто — на химические предприятия. Отсюда и пошло такое название. Конечно, это нельзя было сравнить с колониями, но осужденные все равно жили за забором и под надзором спецкомендатур.[7]

Примечания Править

Литература Править

Ссылки Править